Саша Суворов с детства был слабым и болезненным, а мечтал стать военным. — «Ну где тебе быть военным! — смеялся отец. — Ты и ружья не подымешь». — Огорчался мальчик, а мечты не оставлял.
Придёт весна, вскроются реки. Ещё никто и не думает купаться, а Саша — бух в студёную воду. Не страшили его теперь ни жара, ни холод.
Наступят, бывало, зимние холода, все оденутся в тёплые шубы или вовсе не выходят из дома, а Саша накинет лёгкую куртку и целый день проводит на улице.
Он много ходил, научился хорошо ездить верхом и добился своего: окреп, закалился и вскоре поступил на военную службу.
Неприступной считалась турецкая крепость Измаил. Стояла она на берегу широкой реки Дунай. Не могли русские генералы взять её. И вот под Измаил прибыл Суворов.
Приказал он солдатам насыпать такой же вал, какой шёл вокруг крепости, и стал их учить, как на вал подыматься. Подбегут солдаты, а Суворов кричит: «Отставить! Негоже, как стадо баранов бегать. Давай снова!».
А когда научились солдаты брать приступом вал, повёл их на штурм крепости. Пал Измаил. — «Тяжело в ученьи — легко в бою», — говорил прославленный полководец.
Суворов любил своих солдат. Да и сам жил по-солдатски. Спал в простой походной палатке. Ел солдатские щи и кашу. — «Солдат мне дороже себя», — говорил он.
Особенно он ценил солдат находчивых. Подошёл как-то к солдату и сразу в упор: «Сколько от земли до месяца?» — «Два суворовских перехода!» — гаркнул служивый. Суворов аж крякнул от неожиданности. — «Вот так ответ! Вот так солдат!»
— «Раз ты такой хитрый, — говорит Суворов, — то скажи, какая разница между твоим ротным командиром и мной?» — «А та, — не раздумывая, ответил солдат, — что вы меня можете произвести в сержанты, а ротный командир нет».
Пришлось произвести солдата в сержанты. — «Помилуй бог, как провёл! Вот это да! Вот это солдат! Настоящий солдат. Российский!» — восхищался Суворов.
